Е.В.Сирота. Молдова
Автор Administrator   
11.05.2009 г.

Е.В.Сирота (Молдова)

Трансформационные процессы как основа формирования служебных слов

Важность обращения к данной теме обусловлена рядом факторов, основным из которых является возникающие затруднения при отнесении той или иной лексемы к определенному грамматическому классу слов и вытекающие отсюда трудности морфологического анализа.

Именно практика преподавания русского языка является, как отмечает В.В. Бабайцева, занимающаяся данной проблемой, стимулом для исследования переходных явлений. При грамматическом анализе языкового материала обнаруживается большое количество образований, не допускающих однозначной квалификации и не укладывающихся в традиционные классификационные схемы [Бабайцева, 2005: с.287]. Современные же учебные пособия по морфологии не посвящают специальных разделов исследуемой проблеме, ограничиваясь лишь упоминанием отдельных процессов, касающихся трансформации знаменательных частей речи. Не находят отражение в учебной литературе и такие вопросы, как признаки трансформации, формы и факторы трансформации.

В современных грамматических описаниях нет единства в понимании таких терминов, как переходность, трансформация и транспозиция. Так, В.В. Бабайцева отмечает, что переходность – универсальное свойство языка, которое, отражая системную взаимосвязь и взаимодействие между языковыми фактами, скрепляет их в целостную систему [Бабайцева 2005: с.285]. Понятие переходности включает как процессы диахронных преобразований, так и связи (переходы) между единицами в синхронной системе языка [Бабайцева 1967: с.5]. Слово переход, - пишет В.В. Бабайцева, имеет два значения: оно обозначает процесс трансформации и наличие соединительных звеньев между противостоящими типами классификации [Бабайцева 1967: с.21]. Под транспозицией В.В. Бабайцева понимает переход слова (или слов) из одной части речи в другую без изменения звукового и графического состава [Бабайева 2005: с.285].

Т.С. Тихомирова утверждает, что в процессе переходности происходит расщепление одной лексемы на две – одна в рамках исходной, другая – по-другому функционируя в языке. Возникают «материальные двойники» - омонимичные формы [Тихомирова 1973].

В.В. Шигуров говорит о двух типах транспозиции (перевод знака из одной категории в другую) – функционально-семантической, включающей в себя изменение как грамматических характеристик, так и лексико-семантических особенностей словоформ, подвергающихся категориальной (частеречной) трансформации, и функциональной транспозиции, представляющей чисто грамматический процесс, связанный с преобразованием частеречных признаков словоформ [Шигуров 2001: с.59]. К первой разновидности функциональной транспозиции исследователь относит «транспозицию слов в категорию состояния и модальные слова, а также «этикетивацию». Вторая разновидность представлена процессами адъективации, адвербиализации, субстантивации, прономинализации, здесь не дифференцируются понятия трансформации и транспозиции

Возникшие противоречия в области теории трансформации способна, на наш взгляд, решить концепция трансформационных процессов, разработанная В.Н. Мигириным в работе «Очерки по теории процессов переходности в русском языке. Под трансформацией В.Н. Мигирин понимает сложный процесс изменения признаков слова, который приводит к перемещению слова из одной части речи в другую или к перемещению слова из одного морфологического разряда в другой в пределах одной части речи [Мигирин 1971: 133].

В целом части речи расширяют свой состав на основе словообразования, заимствования и трансформации (переходности). С точки зрения использования словообразования и трансформации части речи современного русского языка можно разбить на три разряда:

  1. части речи, создающиеся только на основе словообразования, в этот разряд включается и формообразование: глаголы (инфинитивы, причастия, деепричастия, личные формы);
  2. части речи, создающиеся как на основе словообразования, так и на основе трансформации: прилагательные, наречия, существительные;
  3. части речи, создающиеся только на базе трансформации: числительные, местоимения, категория состояния, модальные слова, междометия, служебные классы слов.

В.Н. Мигирин предложил следующую классификацию типов трансформации: обратимая и необратимая трансформация. Например, наречие трансформируется в предлог, но нет трансформации предлогов в наречие, прилагательное перерождается в существительное, но отсутствует переходность существительных в прилагательные. Здесь имеет место необратимая трансформация. Константная трансформация совершается в направлении от более сложной по своим лексико-грамматическим признакам части речи к более простой. Знаменательные части речи трансформируются в служебные, но нет трансформации в обратном направлении. Примером обратимой трансформации будет преобразование существительного в местоимение, прилагательного в местоимение и перерождение местоимений в существительные и прилагательные. Понятия обратимости трансформации и ее необратимости приложимы только к классам слов, но не к отдельным единицам этих классов.

Следует различать одноступенчатую и несколькоступенчатую трансформации. Например, переход причастий в прилагательные, существительного в местоимение, глагола – в частицу - это различные случаи одноступенчатой трансформации. Примерами несколькоступенчатой трансформации будет последовательное перерождение предложно-падежной группы в наречие, наречия – в предлог.

Выделяют окказиональную и константную (узуальную) трансформацию. Примеры узуальной трансформации: учительская, мороженое, сладкое, примеры окказиональной трансформации: «А это “так” для меня нож острый» (А. Писемский).

Безусловным вкладом в теорию трансформации явилось введение понятий «эмиграционная трансформация» и «иммиграционная трансформация».

Трансформационные возможности каждой части речи называются эмиграционной трансформацией, а обогащение части речи за счет трансформации других частей речи – иммиграционной трансформацией. Знаменательные грамматические классы слов обладают двумя названными типами трансформации, например, прилагательное способно трансформироваться в местоимения, числительные, наречия, предлог (эмиграционная трансформация) и обогащается за счет причастия и местоимения (иммиграционная трансформация).

Служебные слова характеризуются иммиграционной трансформацией: они обогащаются за счет перерождения слов, принадлежащих к другим частям речи, но сами не перерождаются в другие части речи. Предлоги, союзы, частицы, связки появляются только на основе трансформации, так как эти части речи не имеют своего словообразовательного аппарата.

В лингвистической литературе среди признаков трансформации указываются главным образом два: изменение функции и изменение категориального значения. Многие лингвисты изменение функции рассматривают как причину переходности в области частей речи. С данной точкой зрения согласиться не представляется возможным: изменение функции может быть начальным этапом в серии других преобразований, но все функциональные свойства новой части речи трансформирующееся слово приобретает после того, как осуществляется и эти другие преобразования. Начальное изменение функции носит частичный характер [Мигирин 1971: 154].

Можно выделить такие следующие признаки трансформации. Трансформация проявляется в изменении синтаксической дистрибуции. Так, существительные, образовавшиеся на основе субстантивации прилагательных, могут иметь при себе согласованные и несогласованные определения и даже приложения: Мы рады хорошему знакомому. Переходя в наречие, деепричастия утрачивают способность иметь при себе зависимые существительные. Можно выделить синтаксические окружения, 1) исключающие возможность трансформации или задерживающие ее, 2) благоприятствующие ей. Например: дистрибуция, характеризующаяся одиночным употреблением причастия, благоприятствует его трансформации в прилагательное: избитая истина, взволнованное лицо. Следует указать на тот факт, что дистрибуция, не благоприятствующая трансформации, способствует яркому выявлению грамматических категорий слова, тогда как синтаксическая дистрибуция, благоприятствующая переходности, отличается тем, что при ней грамматические категории проявляются ослаблено. Изменение лексического значения – один из признаков трансформации. Местоимение, трансформируясь в прилагательные на основе приобретения им лексического значения, свойственного адъективам (поэт он - никакой (плохой, бездарный), а прономинализация других частей речи проявляется в утрате лексического значения и в приобретении тех смысловых особенностей, которые свойственны местоимениям (в известных = некоторых случаях допускаются исключения из общего правила). Наблюдается зависимость между характером лексического значения и способностью части речи к разным видам трансформации. Например, в категорию состояния легко трансформируются те существительные, которые лексически выражают значение состояния: стыд, жаль, лень, охота. В служебные части речи переходят слова, в семантике которых отражено значение отношения: при условии, в случае, по причине. Наблюдается зависимость между сложностью обозначаемых частями речи явлений и их способностью к разным видам трансформации. Существительные способны к разным видам трансформации, так как многие слова, относящиеся к ним, обозначают очень сложные по составу явления, которые дают возможность для создания на основе трансформации разнообразного рода абстракций. Неспособны к трансформации, кроме случаев окказиональной субстантивации, служебные слова, так как они, выражая грамматические отношения, не дают материала для новых абстракций.

Современная грамматика признает важную роль лексических изменений в процессах переходности слов из одного грамматического класса в другой. Делаются попытки подвести некоторые из этих изменений под общие категории семантического развития слов. Например, отмечается, что переход из прилагательных в существительные может сопровождаться сужением и конкретизацией их лексического значения. Это утверждение нуждается в уточнении: при переходе прилагательного в существительное имеет место не сужение значения слова, а изменение его внутренней формы – предмет стал называться по признаку, который являлся одной из его сторон, но само понятие о признаке, по которому называется предмет, не претерпевает какого-либо сужения. Изменение лексического значения может сопровождаться изменением лексической дистрибуции - еще одного признака трансформации. В условиях новой лексической дистрибуции выявляется и сдвиг лексического значения. Сопоставим выражения: натянутая веревка и натянутые отношения, деревянный забор и деревянный голос. Во вторых выражениях проявляется новое лексическое значение.

Лексическая дистрибуция может предопределять понимание синтаксической дистрибуции. Например, в сочетаниях взволнованный отец, смущенный брат особенность лексической дистрибуции допускают возможность мыслить существительное как выразитель объекта действия: взволнованный страшным известием отец.

Трансформация проявляется в изменении морфологических признаков слов. Прилагательные при субстантивации теряют изменяемость по родам и функциональное назначение форм рода, числа и падежа – быть формами согласования.

Изменение морфологических свойств проявляется не только в отмирании старых особенностей, но и в приобретении новых признаков. Так, субстантивированные междометия могут приобрести изменяемость по падежам и числам: надоели вы с вашими охами. Некоторые адъективированные причастия с ярким качественным значением образуют степени сравнения: это затасканнейшая тема.

Существует зависимость между видами переходности разных грамматических классов слов и составом их грамматических категорий. Общность грамматических категорий облегчает трансформацию одних разрядов слов в другие: прилагательных в существительные, причастий – в прилагательные, существительных – в местоимения. Отсутствие достаточного количества грамматических категорий создает условия для использования трансформации как источника обогащения частей речи. Например, отсутствие ряда грамматических категорий у наречий, за исключением степеней сравнения у качественных наречий, делает возможной адвербиализацию существительных, деепричастий, числительных. Служебные части речи, лишенные каких-либо грамматических форм, легко создаются на основе трансформации знаменательных классов слов.

Различие в составе грамматических категорий значительно затрудняет трансформацию или делает ее невозможной. Например, личные глаголы, причастия, деепричастия и инфинитивы не появляются на основе трансформации других частей речи, так как они по составу грамматических категорий резко отличаются от других классов слов. Кроме того, глагол имеет грамматические категории, выражаемые внутренними аффиксами.

Фактором трансформации является не только различие в составе грамматических категорий, но и специфика значения отдельных грамматических форм. Так, аористическая семантика не допускает адъективации причастий.

Трансформация может проявляться в изменении морфемного состава слова. При трансформации знаменательных слов в служебные происходит опрощение или декорреляция - морфемы утрачивают значения и перестают выделяться или изменяют свою функцию. Так, в наречиях, образовавшихся в результате адвербиализации предложно-падежных групп бывший предлог приобретает характер префикса. Междометия, субстантивируясь, подчиняются законам морфологической членимости.

Признаком трансформации является отрыв от грамматической парадигмы трансформирующейся формы или разрушение парадигмы. Трансформация проявляется в отрыве формы слова от грамматической парадигмы. Выпадение из грамматической парадигмы трансформирующейся словоформы возможно после происшедших в ней изменений грамматического и лексического порядка. Реже наблюдается разрушение парадигмы: форма, подвергшаяся трансформации, сохраняется, а остальные члены отмирают. Так, в таких случаях, как «почти», «втайне», «караул!» наблюдается отрыв трансформированных форм от своих грамматических парадигм. В таких, как «вдребезги», «на цыпочках» трансформированная форма сохранилась, а члены парадигмы были утрачены.

Такой признак, как изменение словообразовательных возможностей проявляется весьма ограничено, так как словообразовательные потенции оказываются устойчивыми, несмотря на происшедшую трансформацию. Например, от субстантивированных причастий и прилагательных не образуются новые адъективы. В.Н. Мигирин отмечает, что исключения типа портновский единичны [Мигирин 1971: 162].

Трансформация может проявляться в изменении звукового состава единицы. Знаменательные слова, трансформируясь в модальные выражения, иногда подвергаются значительному сокращению фонемного состава: молвит – мол.

Союз пока образовался в результате ряда фонетических преобразований из выражения по кои места - покамест – пока. Особенно часто фонетическое сокращение возникает тогда, когда имена превращаются в слова призыва или отгона животных.

Иногда отмечается изменение акцентной характеристики слов: насмерть – на смерть, кругом – кругом, по-моему – по моему. В ряде случаев переход знаменательных слов в служебные сопровождается потерей самостоятельного ударения.

Под формами трансформации понимается медленный характер или скачкообразность ее протекания.

Анализируя признаки трансформации, приходим к выводу о специфике данного процесса в сфере служебных классов слов. Академик В.В. Виноградов отмечал необходимость изучения трансформационных процессов в сфере неизменяемых слов: «Здесь ярче и гораздо шире обнаруживается междуклассовая и межкатегориальная омонимия. Предметом специального исследования должно быть изучение специфических особенностей омонимии в кругу формальных и служебных слов и частиц [Виноградов 1967: 57].

В научной и учебной литературе в связи с разными видами трансформации принято говорить о различных процессах, для обозначения которых используются специальные наименования. Подобные наименования используются применительно к знаменательным классам слов, в то время как процессы в сфере служебных частей речи не имеют своего терминологического обозначения. В.Н. Мигирин предложил термины для обозначения процессов переходности служебных классов слов «в духе номенклатурной традиции»: препозиционация (переход в предлоги); конъюнктивация (переход в союзы); партикуляция (переход в частицы); копуляция (переход в связки) [Мигирин 1971: 137]. Каждый тип переходности представляет сложный процесс. Рассмотрим каждый случай трансформации. При этом необходимо отметить: если трансформация в пределах знаменательных слов по преимуществу совершается медленно, то трансформация знаменательных слов в служебные протекает в виде скачка. Если, например, существительное начинает использоваться в функции выразителя отношений при падежной форме, то оно сразу превращается в предлог, утрачивая грамматические свойства субстантивности: предметность, род, число, падеж, формы субъективной оценки, способность иметь при себе пояснительные слова. Данное положение не исключает отступлений от общей закономерности. Так, наблюдаются переходные случаи между наречием и предлогом: Несколько повыше муравейника кто-то содрал кору… (М. Пришвин). Наличие уточняющей лексемы «несколько» при слове «повыше» показывает, что «повыше» - это не вполне сформировавшийся предлог, наречие – предлог. Известны переходные случаи между наречиями и частицами. В ряде случаев трансформация в сфере знаменательных классов слов может происходить на основе скачка.

Русскому языку свойственна препозиционация – предлоги развиваются на базе предложно-падежных форм: насчет, вроде, ввиду, в продолжение, в заключение, посредством. Из деепричастий образовались предлоги: благодаря, несмотря на, невзирая на. Многие предлоги возникли из наречий, которые в свою очередь обнаруживают субстантивное происхождение. Например: позади, кругом, около, после, вдаль, вокруг.

	
	«Нет никого около (наречие)» (Паустовский).
	«Направо по дороге тянулся обоз, около (предлог) которого сновали какие-то люди» (Чехов).
	«Белая ночь  простиралась вокруг (наречие)» (Паустовский)
	«Вокруг (предлог) него  зеленел  мох» (Паустовский).

Установить происхождение многих предлогов затруднительно, потому что они возникли в очень отдаленную эпоху и следы их происхождения утрачены. Переход наречий в предлоги является примером многоступенчатой трансформации. Например, предложно-падежная группа «по середине» (ударить по самой середине) трансформировалась в наречие посередине (стать посередине), наречие – в предлог (посередине улицы). К предложно-падежной группе через стадию адвербиализации восходит и предлог «после». Такое же происхождение выявляет и предлог «около». Названные предлоги трансформируются в префиксы: послеурочный , окололитературный.

Конъюнктивация – это образование союзов на основе трансформации в области частей речи. Сочинительные союзы не сохранили следов происхождения от других грамматических классов слов. Подчинительные союзы выявляют генетическую связь с местоимениями в беспредложной или предложной форме (что, прежде чего, потому что), с глаголами (будто, если, хотя), существительными (благо, раз), наречиями (когда, где), со словосочетаниями, представляющими собой комплекс различных частей речи (в то время как, в результате того что, благодаря тому что, в связи с тем что). В.Н. Мигирин допускает возможность, что союз «либо» произошел от бессубъектного прилагательного «любо».

На основе трансформации разных разрядов слов совершается партикуляция - образование частиц. В частицы трансформируются местоимения. Много интересных примеров зафиксировано в исследовании Н.Ю. Шведовой «Очерки по синтаксису русской разговорной речи»: «Где это вы были?» (Писемский).

Выделяется разряд частиц глагольного происхождения: дай, давай, знай, смотри, смотрите, гляди, глядь и, хвать и, ведь, вишь.

Вот присел он под дерево; давай, мол, дождусь утра… (Тургенев)

Преобразуясь в частицы, знаменательные классы слов лишаются своих грамматических категорий. Так, частица почти, являющаяся по происхождению глаголом, уже не мыслится как форма повелительного наклонения, второго лица, единственного числа. В таких случаях, как почти наблюдается отрыв трансформационных форм от своих грамматических парадигм. Выпадение из грамматической парадигмы трансформирующейся словоформы становится возможным после того, как в ней произошли изменения лексического и грамматического значения.

Среди частиц обнаруживаются слова наречного происхождения: вот, так, куда, где, как, просто, прямо, только, уже.

«У меня в Тамбове дом, с позволенья сказать, просто развалился» (Тургенев)

Академик В.В. Виноградов допускает возможность превращения союза в частицу [Виноградов 1972: 566]. В качестве частиц союзного происхождения назывались и, а, да, же. Не приходится сомневаться в том, что перечисленные слова могут функционировать как частицы: «В механике и я чего-нибудь да стою» (Крылов). Однако данное положение пока не доказано. С равным основанием, отмечает В.Н. Мигирин, можно сформулировать прямо противоположный тезис: частицы могут превращаться в союзы. Этот тезис обосновывается тем, что частицы ближе к знаменательным словам, чем союзы. Возможны даже переходные случаи между частицами и знаменательными классами слов. Переходные же случаи между союзами и знаменательными словами невозможны. Это означает, что уровень служебности в союзах выше, чем в частицах. Указанная дифференциация между союзами и частицами дает основание полагать, что при наличии омонимичных форм у этих разрядов слов следует допускать трансформацию частиц в союзы, а не наоборот.

Трансформацию на уровне частей речи разложима на элементарные процессы. Эти процессы происходят в одной и той же речевой цепи и представляют собой эллипсис на морфологическом уровне (утрату признака), интерпозицию (введение в комплекс дифференциальных признаков части речи нового признака), субституцию (замену одного из признаков другим).

Таким образом, специфика служебных классов слов в том, что они неспособны к трансформации, но сами пополняются только за счет трансформационных процессов из других частей речи. Трансформация в области частей речи заменяет отсутствие словообразовательного аппарата у служебных классов слов, компенсирует недостаток словообразовательных моделей, используется для пополнения синонимических рядов, ограничивает омонимию в пределах одной и той же части речи.

Удельный вес разных частей речи в обогащении других частей речи на основе трансформации неодинаков. Так, в обогащении предлогов и частиц доминируют наречия, в пополнении союзов – местоимения. Как предполагает В.Н. Мигирин, эта зависимость может возникать на основе функционального совпадения в какой-либо точке (местоимения и союзы).

Результаты трансформации позволяют восстановить утраченные функции некоторых форм и свидетельствуют о частотности употребления форм в определенной функции.


Литература

  • Бабайцева В.В. 2005: Бабайцева В.В. Явления переходности в грамматическом строе русского языка и методика их изучения. М., 2005.
  • Виноградов 1967: Виноградов В.В. Об омонимии в русской лексикографической традиции.// Сб.ст. к 75-летию акад. Н.И. Конрада. М., 1967.
  • Виноградов: 1972: Виноградов В.В. Русский язык. Грамматическое учение о слове. М., 1972.
  • Мигирин 1971: Мигирин В.Н. Очерки по теории процессов переходности в русском языке. Бельцы, 1971.
  • Тихомирова 1973: Тихомирова Т.С. К вопросу о переходности частей речи.// Филологические науки, 1973, №5.
  • Шигуров 2001: Шигуров В.В. Разновидности функциональной транспозиции словоформ в системе частей речи русского языка.// Филологические науки, 2001, №6.

Последнее обновление ( 11.05.2009 г. )